В новом осеннем сезоне бутики Best Collection представляют долгожданную женскую коллекцию от Gucci

С уходом из Gucci Фриды Джаннини поклонники бренда разделились на три лагеря: первый с восторгом принял работы Алессандро Микеле, сменившего Джаннини на посту креативного директора, представители второго с печалью вспоминали Gucci времен Тома Форда, а образовавшие третий скучали по Фриде и ее удивительным коллекциям. Однако будущее Gucci в руках Алессандро Микеле и вот почему...

Глядя на Gucci сегодня, почти невозможно поверить, что когда-то модный дом был совсем другим. Теперь для всех существует только один человек — длинноволосый Алессандро Микеле, похожий на идеального героя своих романтичных и смешных коллекций и за год очаровавший и собой, и ими буквально всех. Даже в рамках этого своего очень узнаваемого стиля, выбранного раз и навсегда, он может удивлять. Алессандро Микеле, конечно, чистой воды дизайнер-стилист, а не дизайнер-дизайнер, при этом стилист, прекрасно знакомый и с историей Gucci (не зря он долго проработал в доме, занимаясь его аксессуарами), и с историей моды в целом. И это знание позволяет ему выдергивать самые неожиданные цитаты из стиля разных десятилетий и эпох — или самые очевидные, приобретающие такой особенный вид благодаря уже декоративной их обработке. Поэтому в новой коллекции, например, разные люди и видят самые разные вещи. 40-е, 60-е, 70-е, 80-е — все это здесь действительно есть. И в этом миксе всего и сразу, пожалуй, и заключается главная суть моды 10-х годов XXI века, то есть нашего времени, когда модно одновременно все, часто даже противоречащее друг другу. Есть здесь и другие приметы настоящего, более очевидные. Например, выходящая на подиум в качестве модели Петра Коллинз — звезда Instagram, вечная героиня Dazed, фотограф, феминистка и одна из главных онлайн-активисток боди-позитива. А заодно и прекрасная role model для тех, кто тоже хотел бы быть смелым, ловким и умелым, как она, но пока не решается. Самые узнаваемые свои находки, ставшие главными вещами нового Gucci, Микеле сохранил: банты на блузах и рубашках, плиссированные и блестящие юбки, узорчатые костюмы, бабушкины кофточки в оборках и без них, несексуальную прозрачность, вещи с нарисованными внутри них мультяшными контурами, не совпадающими с реальностью. Остались и сюжетные вышивки с аппликациями, без которых итальянский дом теперь никак не представить. Змеи вьются клубками на корсажах платьев, райские птицы сидят на груди, возвышаясь над юбкой из конфетных воланов, а пантеры скалятся и со свитеров, и с вечерних нарядов в пол. Здесь особенно интересно, как Алессандро Микеле переносит изображение, похожее на рисунок талисмана футбольной команды какого-то колледжа (намекает на это шрифт текста, окружающего пантеру), на парадное платье. На груди у него замерла скалящаяся пантера в прыжке, вышитая пайетками, вдоль ворота стелется надпись, словно с «колледжского» свитшота, а вокруг — нежно-голубой тюль, воздушные рукава и полупрозрачная юбка принцессы.

За последние несколько лет мода кардинально переменилась. Умение создать в рамках трендов единое произведение, состоящее из нескольких десятков моделей одежды, больше не является задачей дизайнера, возглавляющего модный Дом или бренд. Суть работы креативного директора с модельерской сместилась в область стилистики: мешать все со всем — вот основная задача создателя коллекции и те, кто справляется с ней обретают признание публики.